В гостях у сказки для прокурора

Открою вам страшную тайну. Мой муж — сказочник. Вот что с ним поделать? Мы такие разные. И когда мы с ним совместно и одновременно переживаем захватывающие, удивительные или просто странные события, то рассказываем о них совершенно по-разному.

У меня пунктик на точности изложения, а у него — на красоте повествования и композиционной завершенности. И вот почему.

В юности я написала больше 200 экспертиз. Точную цифру сказать даже не могу, перестала считать в какой-то момент. И уже в те времена я взвешивала в уме точность буквально каждого слова. Ну а как же, если в голове сидит: «Пишешь для прокурора!» Поэтому у меня факты и слова по струнке ходят.

А муж человек лёгкий, воздушный. Поэтому герои и обстоятельства его изложения сходу получают «вольную». И пляшут под свою, неведомую мне, музыку небесных сфер. Подозреваю, что муж и сам не всегда в курсе, каков будет финал его увлекательного повествования.

А я каждый раз наивно удивляюсь: «Послушай, да мы с тобой, похоже, посещали разные Индии, Тибеты, Шри Ланки, Индонезии и прочие Китаи!»

Особенно вольно в его повествованиях ведёт себя лирическая героиня, похожая на меня. Она не просто вечно попадает в какие-то нелепые или забавные истории, но ещё и каждый раз сильно огорчается или пугается. И постоянно ищет защиты у своего Верного Рыцаря, сами понимаете.

А Верный Рыцарь не только ловко решает проблемы лирической героини, но и добродушно посмеивается над препятствиями и обстоятельствами.

И это все, представьте, рассказывается обо мне, практически об альфа-самке, писавшей опусы для прокурора!

А кто мог лихо болтать по-турецки, заказывая вкусные блюда, когда мы путешествовали по турецкой глубинке ?

Или самостоятельно нараспев произносил фразу по-китайски «ладзяо мэйо» (имея в виду «я не ем эту жутко острую еду, изрядно приправленную перчиком чили»)?

А кто был так убедителен и сумел сделать настолько отчётливо-несчастное лицо и умоляющие глаза, что строгие китайские полицейские пропустили нас на отъезжающий поезд, а мы избежали положенную по правилам проверку всех рюкзаков?

Я уже не говорю о том, как мне однажды удалось решить сложнейшую коммуникационную проблему в китайской лавке сувениров в городе Чэнду. Я тогда так хотела купить для чайной церемонии особую фигурку лягушки, держащую во рту вращающуюся монетку. Которая тут же меняет свой цвет, если ее полить кипятком. А еще лягушку надо гладить пальцем по спине, чтобы она исполняла желания.

Не знаю по какой причине, но как бы мы не старались назвать в сувенирной лавке лягушку — и по-английски, и по-китайски, однако её владелец все никак не мог понять, чего же мы от него хотим.

Наконец, я присела на корточки и попыталась изобразить лягушку телом и пантомимой. И — о, радость — он понял!

«Вот что бы ты без меня делал!»- важно заявляю я, поливая лягушку горячим чаем и гладя пальцами теплую лягушачью спинку, прямо на глазах меняющую свой цвет. Так положено по ритуалу.

А муж, добродушно улыбаясь, продолжает свой сказочный рассказ, лишь на мгновение прервавшись, чтобы нежно погладить меня по спине и поцеловать.

И моя лягушачья шкурка тут же меняет цвет, а затем съеживается, тает, исчезает, обнажая хрупкую Прекрасную Даму, готовую часами слушать любую сказку своего Верного Рыцаря, сказку для души или сказку для прокурора.

14.04.19 — 07.04.26. Франкфурт.